Александр Латкин, д-р экон. наук, руководитель Института подготовки кадров высшей квалификации: Сравнительная стоимость жизни как ключевой фактор развития российского Дальнего Востока

11 Октября 2017Экономика
Александр Латкин, д-р экон. наук, руководитель Института подготовки кадров высшей квалификации: Сравнительная стоимость жизни как ключевой фактор развития российского Дальнего Востока

На протяжение всей истории развития Советского Союза и России для Дальнего Востока приоритетной была задача рационального освоения его уникальных природных ресурсов путем устойчивого развития производственного, научно-технического и демографического потенциала. Различными были подходы к её решению, и разной ценой достигались поставленные цели, но вместе с тем к началу рыночных реформ в мировом сообществе позитивно оценивались тенденции в увеличении численности дальневосточного населения, создании целого ряда предприятий в сфере авиа- и приборостроения, судостроения и судоремонта, в горнодобывающей, цветной, лесоперерабатывающей, легкой и пищевой промышленности.

Самый значительный объем государственных капиталовложений был направлен на социально-экономическое развитие региона в 70–80-е годы прошлого столетия, когда, по сути, здесь создавалась материальная основа для формирования высокоэффективного регионального народно-хозяйственного комплекса с адекватным уровнем социального обеспечения населения.

Именно на этот период приходится активизация государственного регулирования социально-экономического развития Дальнего Востока с использованием крупномасштабных программ и стратегий. В рамках этой политики к настоящему времени вполне сформировалась практика разработки, утверждения и реализации различных по масштабу и срокам стратегических и программных документов, результативность которых, к сожалению, оказывается существенно ниже намеченных целевых критериев.

Непродуманность принимаемых на федеральном уровне управленческих решений по сохранению производственного, научно-технического и демографического потенциала Дальнего Востока определила стремительно ниспадающую траекторию его развития в постприватизационный период с потерей многих ранее завоеванных позиций в общенациональном и международном разделении труда.  В частности, вместо намеченного первой Долговременной государственной программой увеличения численности населения к 2000 году до 10 млн чел. (от 8,2 млн чел. в 1990 г.) за прошедшие 25 лет она сократилась до 6,1 млн чел, то есть на 26%. Этот небывалый в мировой экономике и политике прецедент по отношению к отдалённым, но стратегически важным для государства территориям интенсивного хозяйственного освоения должен быть подвергнут тщательному анализу и стратегическому аудиту уже в недалекой исторической перспективе.

Осознание столь критического положения, явно не обеспечивающего решение стратегической задачи поворота вектора развития национальной экономики в АТР, инициировало осуществление в последние годы российским правительством системы мер для оздоровления экономики Дальнего Востока и Байкальского региона при радикальном улучшении сложившейся здесь социально-демографической ситуации.

Таким образом, были приняты правительственные решения по проведению в г. Владивостоке в 2012 году очередного саммита АТЭС, по созданию режимов хозяйствования «Территория опережающего социально-экономического развития» (2014 г.) и «Свободный порт Владивосток» (2015 г.) с весьма оптимистичными прогнозами по их вкладу в увеличение ВРП, производственного и демографического потенциала дальневосточных регионов.

Сейчас, когда с момента осуществления обозначенных и ряда других проектов прошёл достаточный для оценки их перспективности период, можно признать эти прогнозы явно завышенными.

Так, на Дальнем Востоке только «якорные» инвесторы ТОР должны были к 2018 году вложить в реализацию своих бизнес-проектов 257 млрд руб., создав при этом 15 тыс. новых рабочих мест, что в настоящее время представляется совершенно не реальным. Стоит добавить, что после саммита АТЭС в Приморском крае наблюдается отрицательная динамика притока инвестиций в основной капитал, которая в 2016 году составила лишь 82,8% по отношению к предыдущему году.

В данном случае нельзя не согласиться с существующим выводом, что постсоветским программам развития Дальнего Востока и Байкальского региона свойственна размытость целевых установок и распылённость ресурсов, в связи с чем они превратились в индикативные планы социального и экономического развития административно-территориальных образований.

Столь неутешительные результаты признаёт научный руководитель ДальНии рынка профессор В.К. Заусаев, который отмечает, что демографическая обстановка на Дальнем Востоке остаётся сложной, уезжают наиболее работоспособные кадры, их замещают низкоквалифицированные рабочие из стран СНГ. Особое беспокойство вызывает реализация государственной программы «Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Байкальского региона», которая не выдерживает никакой критики, сохранив в своей новой редакции (март 2017 г.) все прежние недостатки.

С учётом этого представляется важным акцентировать внимание на части проводимой на Дальнем Востоке государственной демографической политики, прежде всего, на создании в существующих экстремальных климатических условиях территорий комфортной жизни населения, главным критерием признания которых должна стать сопоставимая с центральными регионами России стоимость и качество питания, социально-бытового и коммунального обслуживания, а также уровень оказываемых государственных услуг.

Исходя из этого в настоящей статье приводятся результаты исследований состояния и негативных тенденций изменения стоимости «продуктовой корзины» дальневосточного населения, прежде всего традиционно популярной рыбной продукции.

По мнению многих исследователей и представителей предпринимательского сектора экономики, успех любого бизнеса основывается на наличии трёх факторов: бизнес-идея, квалифицированные кадры, финансовые средства. Нетрудно видеть, что как минимум два фактора из трёх могут быть обеспечены только при наличии креативных и квалифицированных людей, дефицит которых на Дальнем Востоке в последние годы возрастает. Таким образом, главным индикатором успеха реализации правительственных инициатив является полное прекращение оттока населения, особенно выпускников образовательных учреждений, при заселении в дальневосточные регионы указанной категории людей из других регионов страны.

Проведенный автором в 2016 году социологический опрос своих выпускников, проживающих сейчас в центральных и южных городах России, выявил в числе основных причин смены места жительства и профессиональной деятельности сравнительно высокую и постоянно возрастающую стоимость жизни на Дальнем Востоке при снижении здесь, начиная с 2014 года, средней реальной заработной платы и отсутствие у большей части населения (предприниматели и пенсионеры) дальневосточной надбавки. В число основных составляющих этой стоимости входят высокие затраты на жилищные и коммунальные услуги, здравоохранение и образование, курортно-санаторное лечение и транспорт, но самое главное – доступное по цене качественное питание.

Как отмечает руководитель Дальневосточного рекрутингового агентства «Kelly Services» Е. Горелова, в российском Приморье мало шансов сделать карьеру, вследствие нелучшего сочетания заработной платы, уровня цены, сурового климата. В частности, стоимость потребительской корзины здесь сейчас на 31% выше среднероссийского значения, при том, что среди дальневосточных регионов в Приморье наиболее благоприятные природно-климатические условия.

Для подтверждения этого вывода нами была сделана сравнительная оценка соотношения стоимости основных групп продуктов питания в Приморском Крае, Московской и Ульяновской областях, которая позволила установить существенную разницу. В частности, в 2016 году средние розничные цены в указанных центральных регионах России на хлеб были ниже приморских в 2,1 раз, молоко – в 2,0 раз, мясо – в 1,25 раза (табл. 1).

Таблица 1

Соотношение стоимости основных групп продуктов питания в Приморском крае, Московской и Ульяновской областях (2016 г.), руб.

Регионы

Свинина (кроме бескостного мяса), кг       

Молоко питьевое цельное пастеризованное 2,5–3,2% жирности, л

Хлеб из ржаной муки и из смеси муки ржаной и пшеничной, кг

Приморский край

348

81,91

71,89

Московская область

311,11

50,39

35,34

Ульяновская область

251,14

40,68

33,96

 Стоит добавить, что реальные заработная плата и располагаемые населением доходы в целом ряде регионов Дальнего Востока, включая Приморский край, в последние годы имеют тенденцию к снижению и все больше отстают от уровня Москвы и других центральных городов при затянувшемся решении вопроса установления «дальневосточной надбавки» пенсионерам.

Особое беспокойство вызывает тенденция последних лет к резкому и пока никак не обоснованному повышению цен на главную составляющую питания дальневосточников – рыбную продукцию. Вопрос её доступности в широком ассортименте и с высоким качеством всегда был стратегическим в государственной политике развития Дальнего Востока. Однако, являясь «рыбным цехом» России и обеспечивая 60–80% общенационального вылова экологически чистых биоресурсов, сейчас далеко не все дальневосточники могут позволить себе регулярное потребление рыбы и морепродуктов из-за неоправданно высоких цен.

В рамках данного исследования автором сделана оценка динамики ценообразования за последние 15 лет. При этом в качестве объекта исследования взята так называемая неразделанная «народная рыба», то есть тот перечень, который могут покупать люди с невысоким доходом: горбуша, кета, тихоокеанская сельдь, минтай, навага, камбала. Информационной базой проведенной оценки явилась отчетно-аналитическая статистика одной из торгово-закупочных посреднических компаний г. Владивостока, а также данные официального сайта fish.ru.

В целях обеспечения корректности оценки рассчитывалась среднегодовая цена, в которую вошли затраты на покупку рыбы у производителя в районе промысла (Охотское, Берингово моря), а также затраты на транспортировку морским путём до порта Владивосток, на выполнение грузовых работ и хранение в холодильниках.

Полученные таким образом данные представлены в таблице 2.

Таблица 2

Динамика среднегодовых оптовых цен на «народную рыбу» в рыбном порту Владивосток, руб./ кг

Продукция с/м

2002

2009

2013

2014

2015

2016

2017

Темпы роста, %

2017/2002

2017/2013

Горбуша н/р

20

39

65

108

140

145

160

800

246

Кета ПСГ

45

61

90

135

167

180

240

533

267

Навага н/р 21 см. +

12

38

36

35

49

52

60

500

167

Камбала н/р 21 см. +           

15

32

36

37

56

77

80

533

222

Сельдь т/о н/р

200гр. +

13

32

24

29

67

57

50

385

208

Минтай б/г 25 см. +           

32

48

42

57

80

81

70

219

167

 Анализ данных позволяет сделать следующие выводы.

  1. В течение 15 последних лет стоимость «народной рыбы» ежегодно увеличивалась в среднем: горбуша – 53,3%, кета и камбала – 35,5%, навага – 33,3%, сельдь тихоокеанская – 25,6% и минтай – 14,6%, что значительно превышает параметры среднегодовой инфляции. Ещё более высокий темп роста стоимости происходит в последние 5 лет, когда, казалось бы, российским правительством был принят целый ряд мер по поддержке национального рыбного хозяйства, начиная с реализации нового механизма предоставления рыбодобывающим компаниям квот на освоение биоресурсов, создания преференциальных режимов «Свободный порт Владивосток» и «Территория опережающего развития», стимулирования привлечения инвестиций в модернизацию основных производственных фондов.
  2. Выявленное значительное увеличение стоимости рыбы формируется преимущественно производителями, то есть рыбодобывающими компаниями. Стоит отметить, что скачок «рыбных цен» был зафиксирован летом 2014 года в условиях неудачной путины на Камчатке. Однако поддержан и усилен этот скачок был спекулятивными действиями рыбодобывающего бизнеса и оптового звена, когда недобор в допустимом объеме уловов составил 10%, а рост цен на лосось – от 50 до 100%, при молчаливом одобрении этой тенденции соответствующими правительственными структурами. Как показывает проведенный анализ, за тот же период затраты на транспорт из районов промысла до порта Владивосток выросли на 200%, на грузовые работы на 240% и на хранение за первый месяц – на 200% при прогрессивной системе оплаты, то есть примерно в 2 раза меньше выявленной динамики стоимости.
  3. С позиции сохранения демографического потенциала и прекращения оттока дальневосточного населения совершенно недопустимой является выявленная тенденция существенного превышения темпов роста стоимости «народной рыбы» над средней величиной номинальной начисленной заработной платы и, тем более, минимального размера оплаты труда (табл. 3).

Нельзя не подчеркнуть, что, по данным Российской счётной палаты, по итогам 1 квартала 2017 года количество населения, проживающего за чертой бедности в нашей стране, достигло 22 млн, то есть порядка 14%. В Приморском крае в общей численности населения около 20% составляют пенсионеры, не получающие дальневосточной надбавки. Для этой категории и существенной части работающего населения с гораздо меньшей средней величиной реальной заработной платы выявленная динамика роста цен на рыбную продукцию ставит непреодолимую преграду даже для достижения установленной нормы потребления «народной рыбы», не говоря уже о деликатесах типа палтуса, трески, кижуча, нерки, симы и т.п.

Таблица 3

Динамика среднемесячной номинальной начисленной заработной платы и стоимости Дальневосточного лосося в Приморском крае

Показатели

2007

2008

2009

2013

2014

2015

2016

2007, в %

Темп роста, % 2016/2007

Стоимость горбуши, руб. /кг

28

32

39

65

108

140

145

100

518

Стоимость кеты, руб. /кг

50

55

61

90

135

167

180

100

360

Средняя номинальная начисленная заработная плата, руб.

13174

16805

18997

29965

32431

38644

41238

100

313

 Сформулированный автором вывод позволяет назвать главной причиной сложившегося положения уход государства и соответствующих правительственных структур от контроля за формированием обоснованной системы ценообразования на рыбу и рыбную продукцию и вообще за процессом цивилизованного освоения водных биоресурсов. По словам одного из руководителей Госсельхознадзора Н. Власова, нынешние проблемы бумажного документооборота позволяют практически легализовать браконьерство, при этом фрагментация госветслужбы по субъектам резко ухудшила ситуацию в сфере пищевой безопасности, а фальсификация рыбной продукции приняла огромные масштабы.

Стремительное повышение цен на рыбную продукцию с 2014 года обусловлено также введением санкций к России, что лишило многие рыбоперерабатывающие предприятия г. Москвы и других центральных городов поставляемого ранее сырья из Норвегии, замещение которого стало обеспечиваться из Дальневосточного бассейна, усилив возможности дальневосточных рыбодобывающих компаний в завышении отпускаемых цен.

Наконец, нельзя не отметить существенного значения в системе ценообразования и реализуемою на рынке Дальнего Востока рыбы и морепродуктов фактора несокращающего объёма экспорта этой продукции на рынки Японии, Китая, Республики Корея и других стран, который для дальневосточных рыбодобывающих компаний пока является сравнительно выгодным. Таким образом объявленный несколько лет назад призыв «Вся пойманная в России рыба – на родной берег» остается не реализованным.

В этой связи наращивание собственных рыбоперерабатывающих мощностей вместо отправки сырья в другие страны, а также обеспечение внутреннего рынка продукцией по умеренным ценам являются главными приоритетами развития рыбохозяйственной отрасли Дальнего Востока.

Вполне оправданным в этом процессе должен стать рыбный кластер, создание которого ещё 2013 году инициировал президент России В.В. Путин. Изначально разрабатывалась идея локализации всего кластера в Приморском крае и в бухте Суходол, однако от этой идеи пришлось отказаться. Зимой 2016 года Росрыболовство представило новую концепцию рыбного кластера, который должен включать в себя четыре дивизиона в составе Приморского края, Сахалинской области (и как отдельной зоны – Курил), Камчатского края. При этом ведущая роль отводится Приморскому краю, где планируют реализовать пять крупных инвестиционных проектов: оптово-распределительный центр «Владивосток», который позволит решить острую проблему перегруженности холодильных мощностей; флагманский завод по выпуску филе минтая  предприятие по выпуску замороженных рыбных полуфабрикатов; многоцелевой рыбоперерабатывающий комплекс для малых предприятий в рамках ТОР «Надеждинская»; инновационно-научный парк с бизнес-инкубатором и венчурным фондом.  

Реализация этих и многих других инициатив должна базироваться на действительно инновационном подходе и конструктивных решениях, направленных на повышение производительности труда в действующем рыбопромышленном производстве Дальнего Востока при развитии аквакультуры и искусственного производства рыбы в многочисленных водоёмах, что может изменить конъюнктуру рыбного рынка этого региона в пользу проживающего здесь населения.

Прочитать статью полностью вы можете, скачав электронную версию журнала здесь: http://science.vvsu.ru/journal/arhiv/2017/

Еще статьи Александра Латкина